О мужчинах среднего возраста, их алюминиевых вилках и наивных реснитчатых фанатках

“Средний возраст еще не настал, а кризис среднего возраста уже налицо”, — подумала я о себе, манерно хлюпнув длинным носом. Кто же поймет мою творческую натуру? С кем обсудить эту жизненную тему? Как ни странно, но никого ближе по духу, чем участники “Квартета И”, я найти не смогла. Так и рисовала себе кухню, вкусно пахнущую пельменями и предстоящими разговорами, шорохи шагов в коридоре, расчехленную гитару и ожидание искренности с “Квартетом”. Настоящей такой искренности… безмасочной. После которой все рыдают литровыми ностальгическими слезами, а потом ободряют друг друга пошлыми шутками и непутевыми советами.

Чтобы усугубить свой настрой, я каждый вечер рыбачила в интернете, выуживая все новые сюжеты с Камилем, Лешей, Славой или Сашей, чтобы еще раз сказать себе: “Ах, до чего же мы похожи, как симметрично мыслим!”

Когда терпеть свое нытье стало невмоготу я взяла билет Прага — концерт и улетела в Москву.

На случай, если мне повезет попасть за кулисы после концерта, я должна быть полностью готова. Никаких платьев и каблуков, иначе о задушевных разговорах можно забыть. Мой метр девяносто будет угрожающе нависать над несчастными артистами, тревожа бюстом и длинными распорехами. Чтобы стать рубаха-парнем и рассчитывать на разговоры о селедке и неоправданных мечтах, нужно самой быть в рубахе.

Когда в зале погасили свет, отблески бриллиантовых колье на шеях красавиц помогли осветить сцену с артистами. Судя по тому, что в джинсах в тот вечер была только я, закулисье и нетривиальное общение гнездилось только в моей голове.

Когда я увидела ребят, то еле сдержалась, чтобы не выскочить на сцену и не расцеловать их прямо в десны. Любовь разрывала меня на части. Я взволнованно сглатывала, пытаясь успокоить сердце,  стучащее в ушах. Я любила их, как друзей, с которыми гоняла в футбол, воровала соседские вишни, разбивала в кровь губы на зимних горках. И вся эта волна эмоций накрыла меня и краской вылилась на моих смуглых щеках. Леша, Слава, Камиль, Саша… Настоящие. Живые. Такие близкие.

0CPtpf1S6go

Никто не запретит нам, девушкам повышенной наивности, думать, что артист со сцены говорит правду. Поэтому, когда Леша со Славой завели разговор о нехватке зрительской любви и неискренности получаемых комплиментов, я готова была дать в глаз каждому или каждой, кто недолюбил их. Все мои 183 см сущности покрылись непробиваемой иллюзией, что после концерта я докажу ребятам, что благодаря их юмору полярные ледники не так активно тают, озоновые дыры заживают, мужчины перестают лысеть, а популяция уссурийского тигра ширится.

“Квартет И” говорил о жизни. О трусастых детских мечтах. О бородатой реальности. О сисястых девочках. О ревнивых женах. Об алюминиевых вилках. О продажном искусстве. О творческом онанизме. О неуместном пессимизме. О мужской дружбе.

Странное чувство ждать артистов у гримерки. Попасть сюда трудно. Но еще труднее стоять в ожидании и понимать, что ты пингвин. Да, именно пингвин, нервно топчущийся на месте и размахивающий вспотевшими от волнения крыльями. Воинственная Жанна д’Арк, жившая во мне еще в начале концерта и стремящаяся попасть за кулисы любой ценой, изволила свалить в неизвестном направлении, прихватив с собой воинственность и уверенность в себе. Я по-прежнему четко видела свою мечту: кухню, вкусно пахнущую пельменями и предстоящими разговорами, шорохи шагов в коридоре, расчехленную гитару и ожидание искренности с “Квартетом”, но КАК пройти промежуточную стадию телепортации не понимала.  Я зажмурила глаза и представила, как ребята выходят из гримерки и радостно подходят ко мне: “Кремккооооо!!! раскатисто разносится по коридорам их радостный крик. Ну наконец-то ты, коза, приехала! Может, на пельмешки?” И вот мы выходим вместе из ДК имени Зуева, смеемся и болтаем прекрасную чушь, садимся в машину и уезжаем в ночь в направлении задушевных разговоров.

Но вот настал момент истины. Первым вышел Слава. Он переодел куртку и лицо и теперь спешил домой. У меня было секунд 5, чтобы задержать его, пока он не оказался на лестнице, и я скороговоркой замямлила о своем желании сфотографироваться. Слава не сумел сыграть эмоцию радости. Когда ты хочешь отдохнуть, а на тебя из-за угла прыгает длинноватое тело рубахопареньской наружности и басом хочет твое фото, тут уж не до счастья. Мы деловито поместились в кадре и после звука “щелк” Слава испарился.

XXAaG4PPNWw

От досады я чуть не укусила перила на лестничной клетке. Ну как же так? А поговорить? На подходе был следующий артист, и мой мозг судорожно придумывал фразу-наживку, на которую мой герой смог бы попасться. Самое противное было то, что правду говорить было нельзя. Она была скучна, как студентка-отличница. На фразу: “Как же здорово вы выступили!” артист отреагирует с меньшим интересом, чем на: “Ну и морозили вы сегодня, братцы”. Ну а как же совесть? Ее ведь никто не отменял. Вот и стояла я нервная и непрошеная, ощущая всю пропасть между собой и пельменной кухней с разговорами.

Второй моей жертвой стал Саша.  Он даже икнул от неожиданности, когда я, набрав полную грудь дерзости, сказала, что прилетела из забугорья, чтобы обнять и облобызать любимого артиста. Воспользовавшись тем, что Саша растерялся, я бросилась ему на шею и влепила в щеку скоропостижную буську. С ошарашенным взглядом Саша вручил мне диск со своими песнями и быстро убежал от греха подальше.

Следом за Сашей вышел Леша Барац. Пожалуй, он был единственным, кто задержался со мной чуть более минуты. Моя фраза: “Я приехала на концерт из Праги”, вызвала в его смешливых глазах удивление, и он остановился, чтобы получше рассмотреть странный персонаж в моем лице.

_ZwzCLT9dFE

АААА!!! Я хотела кричать от досады. Мой наивный мир рушился. Ну не фанат я, рвущий на себе майку с криками “Распишитесь на груди!”, и не девочка с намерениями “отдаться в хорошие руки”. Я болтливая особа, которой так хотелось хоть минутку искреннего общения на тему алюминиевых вилок или вишен, или детства, или мечт. Ущипните меня, если это невозможно!

ЗЫ: оттопыренная губа еще долго подметала улицы Москвы, надутая на весь творческий мир. В кармане лежал диск Саши, в руках тяжелела книга Камиля, а в бездонных глазах мелькали пятки артистов, сбегающих вниз по лестнице ДК имени Зуева. Мне просто не оставили выбора… С понедельника начну свой путь к всемирной известности, и мы все же утроим совместный квартирник с пельменями и гитарой.